Обо мне

4X_Pro. Интересы: соционика, психософия (психе-йога), Web-программирование, типологии личности, разработка CMS и форума Intellect Board. Настоящий Компьютерщик и Непразднующий Боец. Childfree.
4X_Pro
Настоящий Компьютерщик, Истинный Непразднующий.
1982–2038
Живу в Сети с 25 ноября 2000 г.

Контакты и реквизиты

Моя биография, часть 11

2019 год стал для меня годом самопознания. Началось всё с того, что я решил поставить эксперимент, чтобы проверить, действительно ли главной причиной моей низкой личной эффективности является расфокусировка внимания в условиях безлимитного Интернета. Для этого на новогодние праздники решил отключить себе доступ в Сеть, и посмотреть, как это скажется на моей жизни. Результаты оказались противоречивыми. С одной стороны, вернулось то чувство собранности, сфокусированности, которое у меня было в школьные и ранние студенческие времена, увеличилась включенность в мир, то, что эзотерики назвали бы «осознанностью» и «собранностью здесь и сейчас». Наконец-то я смог делать именно то, что задумывал в начале дня, не было ощущения, что сносит потоком жизни. 

Но с другой, ожидания «вот отключу Интернет и буду дни напролёт писать код для Intellect Board и статьи для сайта» тоже не оправдались. Большую часть этих дней я провел за старыми компьютерными играми — Transport Tycoon и Arcanum. Из полезного — прочитал пару книг и прослушал курс по машинному обучению на Coursera, который предварительно скачал в оффлайн. 

Когда я вернулся в Интернет, всё стало по-прежнему: время уходило неизвестно куда, а успевать стал еще меньше. Зато, не без помощи Tellы, смог осознать целый ряд противоречий в своей жизни. А незадолго до этого пересмотрел своё отношение к янской модальности жизни. Прежде я считал её злом, мечтая о мире, где победили бы иньские ценности. Теперь же пришло понимание, что инь и ян равноправны, и есть те, для кого жизнь в янской модальности нормальна и естественна. А злом на самом деле является принуждение кого-либо к нейсвойственной модальности, причем неважно, делается ли оно через экономическую конкуренцию, требования социума в духе «будь мужиком» или «настоящие леди себя так не ведут» или иными способами.

Но настоящий прорыв случился летом. Тогда я наткнулся на Coursera на вторую часть курса Павла Кочкина «Основы поиска дела жизни». В этом курсе предлагалось рассмотреть пирамиду из четырех ступеней — миссии, видения (способа реализации миссии), ценностей (хотя то, что автор курса понимал под ними, более точно было бы назвать ролями) и повседневных дел, причем все уровни должны быть тесно взаимосвязанны между собой. С помощью этой системы я смог сформулировать свою миссию и несколько вариантов видения различного уровня масштабности. И теперь вместо метаний, описанных в предыдущей части биографии, когда я пробовал всё подряд, появился четкий критерий. С его помощью можно определить, является ли задача, за которую я берусь, частью миссии, самореализации, или же это просто способ получить сиюминутное удовольствие и/или чувство собственной значимости. Миссию изначально я для себя определил так — «декоммерциализация мира», то есть создание альтернативы «религии денег», потребительским ценностям и «культу успеха», которые сейчас захлестнули мир. Но через несколько месяцев немного пересмотрел формулировку: способствовать созданию «мира для всех», где можно просто жить без страха перед будущим, не опасаясь «не вписаться в рынок» или «остаться на обочине жизни», а оценки вида «успешный/неудачник» (причем неважно, по каким критериям) будут считаться дурным тоном. И самое главное, не будет необходимости пытаться успеть за постоянно меняющимся миром.

В истории есть два примера обществ, которые приближались к этому, но оба оказались неустойчивыми. Первый — СССР, начиная где-то с 50-х годов. Второй — ранний Интернет. Причины неудачи первого в целом понятны: неэффективная экономика, некомпетентность и/или предательство правящей верхушки, «помощь» из-за рубежа, и, самое главное, общее разочарование в идеологии. А вот в случае с Интернетом сложнее: не было ничего перечисленного, просто в какой-то момент стало ясно, что «мы живем в совсем другом Интернете». Причем лично я впервые заметил это только в 2014 году, хотя изменения начались где-то в 2007. 

Чтобы понять, почему так получилось, нужно задаться вопросом, а что же изменилось. Старый добрый Интернет был местом, который давал каждому пришедшему взять и обустроить свой кусочек информационной реальности (или даже несколько) в полном соответствии со своими желаниями и потребностями. У кого-то это мог быть целый фантастический мир, у кого-то просто домашняя страничка, кто-то вообще довольствовалася комплектом Сетевое имя+аватар+подпись на каком-либо форуме. Но тем не менее, каждый мог самовыразиться и проявить себя, главным ограничением была лишь фантазия и собственные способности. И главное, столкнувшись с неприятем в каком-либо сообществе, каждый мог перейти в другое (при желании — под новым именем) или построить своё.

Ситуация стала меняться с появлением крупных централизованных площадок, в частности, социальных сетей. С одной стороны, они вроде бы облегчали создание своего мира с технической точки зрения, с другой — значительно ограничивали возможности самовыражения. В том же ВК, например, до сих пор нет аналога форумной подписи или статуса в группах. А кроме того, оказалось, что хоть места в Интернете хватит всем, один ограниченный ресурс всё же существует: внимание окружающих. Причем централизация привела к появлению огромного неравенства, когда у кого-то за счет попадания в список рекомендуемых на главной быстро набирались тысячи подписчиков, а у кого-то — так и оставались единицы. Но хуже было другое: социальные сети требовали регистрироваться под оффлайновыми именами и постепенно приучили к этому как к новой норме, причем настолько, что сейчас (я пишу это в 2020 году) человек, представляющийся только Сетевым именем, воспринимается как что-то необычное. Итог оказался плачевным: люди перестали столь открыто выражать себя, как это было в раннем Интернете, меньше писать о себе и вести осмысленные и глубокие по смыслу дискуссии в общественном пространстве, а не в личных сообщениях или мессендежрах. Кроме того, наметилась и еще одна неприятная тендеция: некоторые соцсети стали вмешиваться в ленту подписок, сортируя её по своему усмотрению, а не просто в хронологическом порядке.

Это заставило меня задуматься, каким вообще я хочу видеть Интернет будущего. Первое и очевидное — это децентрализованным, под лозунгом «нет — коммуналкам соцсетей, да — личному сайту как Сетевому дому», котором каждый мог бы чувствовать себя хозяином и устанавливать правила. А еще личный сайт позволит преодолеть проблему «цифровой фрагментации», о которой упоминалось в предыдущей части биографии, позволив собрать всё, что человек считает важным сказать о себе и своей жизни, в одном месте. С другой — очевидно, что нужно сохранить и те плюсы, которые дали социальные сети: удобство коммуникации и возможность отслеживания информационных потоков друзей и значимых сообществ. Более того, если информационные потоки в соцсети ограничены только этой соцсетью, то на личном сайте можно будет собрать все значимые потоки вообще, а также рассортровать их в соответствии с различными жизненными ролями (например, «друзья», «работа», «обучение», «интересные люди» и т.п.). То есть личный сайт должен в то же время стать и тем, что я назвал инфохабом.

Всё это вернуло меня к идее, к которой я уже подходил в 2017 году: идее децентрализованных социальных сетей. Изучив ситуацию с ними на данный момент, я узнал, что хотя в Рунете эта тема совершенно непоулярна (есть только несколько обзоров на Хабре), за его пределами сделано немало. Существует несколько протоколов для взаимодействия, и движков самих сетей. Из протоколов самым перспективным мне показался ActivityPub, а единственный движок, который понравился — Mastodon. Но увы, он ориентирован исключительно на микроблоггинг, причем без возможности организовать мультиблог, состоящий из нескольких независимых потоков или категорий, как это сделано на моём новом личном сайте. Но блоги имеют один существеный недостаток: информация сортируется по времени, а не по важности. Кроме того, Mastodon для работы требует связку Ruby+PostgreSQL, для чего сразу же нужен либо VDS, либо хостинг, специализирующийся именно на Ruby. Тогда как на мой взгляд, движок для такого личного сайта должен работать даже на самом примитивном shared-хостинге.

В какой-то момент я задумался о том, чтобы добавить поддержку протокола ActivityPub в Intellect Board, и даже придумал, как это сделать. Но Intellect Board создавался как средство управления общественным пространством — форумом, а не личным, и в нём совершенно не предполагалось аналога ленты новостей или инфохаба, причём такого, который мог бы отображать как внутрифорумные события, так и информацию извне. Из-за пока что не могу определиться, как быть: искать пути добавить всё перечисленное в IntB, либо же делать отдельный проект, который по своей структуре будет лучше соответствовать децентрализованной сети.

Тем не менее, понимание всего этого позволило мне сформулировать три видения реализации своей миссии разного уровня масштабности:

  1. Создать учение, которое сделало бы главным приоритетом «быть собой, соответствовать своей внутренней сущности и жить в естественном для себя ритме», включив в него, в том числе и накопленные типологические знания и способствовало бы изменению мира в том направлении, о котором я писал выше.
  2. Участвовать в развитии и популяризации децентрализованных соцсетей как способу возрождения духа Старого Доброго Интернета.
  3. Просто делиться опытом и знаниями, либо на своём сайте, либо на специализированных ресурсах, а также реализовывать небольшие некоммерческие проекты, вроде тех же ботов для Telegram, сайта 2seconds и тому подобных.

Но увы, хотя теперь у меня есть понимание, куда двигаться и зачем, но по-прежнему остаётся актуальным вопрос, как делать это регулярно и систематически. Размышляя над ним, я пришёл к ещё двум важным осознаниям. Во-первых, понял, что у меня всегда был гораздо более низкий уровень выносливости и жизненной энергии, чем у большинства окружающих. С чем это связано — с физиологией, психологией, образом жизни или чем-то ещё — не знаю. Но из-за этого в голове всегда присутствовала установка на экономию и недопущение напрасных расходов или рисков. Во-вторых, наконец-то разобрался со типом по темпористике, которая для меня оказалась самой проблемной типологией. Всё же, как я и предполагал в самом начале, мой тип в ней — это ПВБН, а третью Вечность приписывали мне те, кто видел меня как-то искаженно. И именнно Будущее в уязвимой позиции и порождает тот самый страх «не вписаться», «остаться на обочине жизни», что и привело к формированию того мировоззрения, которое я описывал выше. 

Разобравшись с этим, я понял, что заблуждался, когда считал, что желание жить в мире, где можно не бояться будущего, быть уверенным в завтрашнем дне и не тратить силы на конкуренцию — общее для всех. Те, у кого Будущее не третье, и так его не боятся. Особенно обладатели сочетания 1Б по темпористике и 1В по психософии — те самые «ускорители жизни», которые склонны к другой крайности — переоценивать свои силы, из-за чего они уверены, что найдут (или даже «зубами выгрызут») место в мире, как бы ни сложилась ситуация. Более того, для многих носителей янской модальности вера в свою способность побеждать в конкурентной борьбе является одной из главных опор личности, а вовсе не результатом вражеской пропаганды и навязывания ложных ценностей, как я считал раньше. И каким должен быть мир, в котором гармонично сосуществовали бы такие как я, и такие как они, не принуждая друг друга меняться — пока остаётся загадкой.

К тому моменту, когда я это осознал всё вышеописанное, наступил март 2020 года. Эпидемия коронавируса добралась до Москвы, буквально за две недели резко изменив жизнь в городе до неузнаваемости, а заодно спровоцировав очередной экономический кризис. Впрочем, конкретно для меня изменилось только то, что пропала возможность ходить на настолки и гулять в парке, а также возник большой убыток по акциям, которыми я закупился ровно за день до начала обвала фондового рынка. Даже отметился шуткой про то, что вирус сделал мир таким, каким я хотел его видеть в начале двухтыясчных: нет шумных пьянок и тусовок, все соблюдают личную дистанцию, сидят по домам и общаются преимущественно через Интернет, а о поездках за границу лучше даже не вспоминать. Вопрос только в том, вызовет ли эта эпидемия серьезные долгосрочные изменения в жизни человечества или же всё станет по-прежнему, когда она закончится. Увы, дать ответ на этот вопрос может только время.